«А небо всё равно к себе зовёт и манит»   

Тожидина Табарова можно увидеть везде, где собираются вместе бойцы крылатой гвардии, прошедшие Афганистан — он считает своим долгом быть рядом с теми, кто так же, как он, шагнул когда-то с борта самолёта в голубую бездну и полюбил её навсегда. Вот и сегодня, в день ВДВ, надев камуфляж, берет, тельняшку и, обняв супругу Юлию (с которой тоже вместе почти четверть века), поспешит бывший десантник к друзьям – знает, что они, следуя неписаной традиции, уже собираются возле парка, чтобы строем под флагом пройти к военкомату, застыть на минуту у мемориала и положить цветы.

Тот первый прыжок

Родом Тожидин из Таджикистана, так что особый акцент жителя южной окраины Союза, которому в своё время присягал, никуда не денешь. Но и русский язык для него как родной, тем более что учился в обычной советской школе, окончив десять классов. До армии ходил в местный ДОСААФ, успев не раз прыгнуть с парашютом. «Чувство полёта, которое ты там, в небе, каждый раз переживаешь заново, ни с каким другим не спутаешь, оно остаётся с тобой навсегда, — говорит ветеран. – И первый прыжок — это как день рождения: отныне и навеки ты принадлежишь к этому братству, крылатой семье. Когда рядом с тобой друзья и наставники, то ничего не страшно, а небо становится родным».
Романтика была лишь поначалу, а потом, когда пришла пора служить, начались суровые армейские будни, где жизнь и смерть, как оказалось, находятся рядом. Крепкого парня взяли  в спецназ ВДВ, где научили мастерски владеть оружием и вести рукопашный бой. Учёба в Фергане длилась недолго, а потом их батальон перебросили из Казахстана через Туркмению к границе Афгана. Тот осенний день, когда её переходили в колонне машин и бронетехники, тоже никогда не забудется — 30 октября 1981-го. Не успели банку консервов открыть, чтобы наскоро перекусить по дороге, как невесть откуда начался обстрел. Трое погибли сразу же, и вскоре факелом запылал подбитый танк. Таким было у них боевое крещение.

Как жалил «Шмель»

Меймене, Пандшер, Гульбахар – постороннему человеку эти экзотичные названия вряд ли что скажут. А для Тожидина и его сослуживцев они как вехи боевого пути, пролегавшего через весь Афганистан. Такая судьба у разведчика — идти впереди всех и брать на себя самую тяжёлую ношу. Именно их группе из восьми человек поручили испытать в условиях горной местности новое оружие – огнемёт «Шмель», поражавший врага в самых потаённых местах, куда даже пробраться нелегко. Но они пробирались, цепляясь за уступы камней, находя чуть заметные тропки, где, если оступишься или свернёшь в сторону, то жди подрыва: растяжки и мины, фугасные заряды всех мастей поджидали на каждом шагу. Скольких они лишили ног, а то и жизни, пока выкуривали «духов» из их пещер.
— Там часто брали хитростью, интуицией, солдатской смекалкой, — вспоминает Тожидин. — Вот откуда-то стреляют, а мы не поймём, откуда. И вертолёты лупят по горе — всё без толку. Нам говорят: смотрите внимательней. Ещё раз камни облазили, все глаза проглядели, и тут неприметную такую расщелину увидели. Как быть? Докладываем командиру, он нам в ответ: берите дымовые шашки, бросайте туда и ждите. Так и сделали. С поднятыми руками из той норы 12 человек вылезли. Хорошо они устроились в зарослях дикого винограда: еды полно, оружие всякое, а камень у входа домкратом поднимали. Представляете? Вот с кем воевали. Моджахеды там знали всё, недаром же говорили, что у них каждый камень стреляет.

Путь разведчика

Попадалась им в руки и старая английская винтовка «Бур», и пистолет той же модели, из которого можно стрелять только двумя руками — тяжёлый, да и отдача будь здоров. Пулемёт ДШК у афганцев тоже был в ходу, нанося порой немалый урон. «Мы однажды попали под очередь, — рассказал Табаров. – Двое погибли сразу, и один из них был мой земляк, таджик Сатторов. Я его выносил на руках, всего в крови. Он уже чуть дышал, сказал только три раза: «Мама». И всё. Меня хотели отправить сопровождать его на родину, но я не поехал: как там смотреть в глаза родным?».
Тожидина часто отправляли пообщаться с местными и что-то узнать – языки у таджиков с афганцами схожи. Попутно решались куда более важные задачи. Заметив как-то в темноте странно мерцавший огонёк, он «вычислил» наводчика, сообщавшего душманам о движении наших колонн. А в другой раз обратил внимание на пропавший с брони БТРа ящик с двумя «цинками» патронов — по цепочке нашли того, кто продавал их «духам». Так что опытный переводчик требовался постоянно, а надежный разведчик – тем более, и у Табарова всё это было в одном лице. Что говорить, если сам «лев Пандшера» Ахмад Шах Масуд стоял в двух шагах, когда наши советники вели с ним переговоры: доверили охрану столь важной миссии, и солдат крепко сжимал в руках АКМ, зная, что каждую секунду нужно быть начеку.

«Не думал, что вернусь»

За полтора года в Афгане он потерял счёт боевым выходам в горы и на чистку зелёнки, научился утолять жажду из родников и десантироваться прямо в горные потоки, где воды по пояс, тихо сидеть в засаде и стрелять, когда нужно, прячась от вражеских пуль. Под дембель, уже на перевале Саланг, сторожили колонны и зачищали подземные тоннели, ходы, которые вели неизвестно куда, чуть ли не в Пакистан, откуда бесконечной вереницей шли караваны с наёмниками, сея смерть. Как-то их послали за сбитым вертолётом, в котором были полтора десятка человек: никто не выжил, и собирать пришлось останки — даже вспомнить трудно это зрелище. И ещё одну картину не забудешь. Как с вертолёта им сбрасывали продукты, а из-за обстрела не поднять головы: хлеб рядом, но шевельнуться нельзя – тут же пуля прилетит:
— Бывало и другое. Однажды накрыли банду человек в 180, половину на месте положили, а остальные скрылись. Когда зашли на их стоянку, то увидели огромный казан, в котором на всю их ораву варилось мясо. Вот такие военные трофеи попадались. Вообще я не думал, что вернусь оттуда: столько смертей перевидел, что уже успокоился и ждал своей очереди.

Пример отца

Хранила его судьба, хотя и посылала такие испытания, что на многих хватит. У рядового Табарова были осколочные ранения в ноги, контузило, да так, что до сих пор война аукается, спустя десятилетия. Несмотря на инвалидность, он сумел окончить в Душанбе строительный техникум и поработать какое-то время на стройке, а в 90-е годы, когда в Таджикистане стало неспокойно, решил перебраться подальше, выбрав для жительства кузбасский шахтёрский город Ленинск-Кузнецкий.
В их семье четверо сыновей: двое старших уже определились в жизни, а младшие пока в школе. Но династия намечается очень интересная, потому что парни следуют примеру отца, который всегда учил их быть защитниками Родины: «Никто, кроме нас! Помните девиз ВДВ. С ним для нас нет никаких преград, а служба в десанте — удел настоящих мужчин».
Сын Дильшод уже лейтенант: окончил в Рязани институт ВДВ, и сейчас там же поступил снова учиться на офицера спецназа. Он считает, что надо продолжать образование, тем более что выдержал большой конкурс, и скоро должен приехать на побывку. По пути отца и брата собирается пойти Нурислам: ему осенью уже в 11-й класс, все задатки для офицера элитного рода войск у парня есть, да и голубой берет примерял не раз – самый путь туда же, в Рязань. У младшего наследника, Амира, пока ещё всё впереди, однако характер виден сразу – пошёл вслед за братом Дильшодом на кикбоксинг к Виктору Алёшину. У такого тренера научишься побеждать, считает отец — глядя на сыновей, он только приветствует их спортивные успехи.
— Пусть выбирают то, что им ближе, — говорит Тожидин. – Я знаю, что каждому отмерено своё, и не заставишь делать то, что не отвечает твоей сути. Меня много лет назад подняли с парашютом ввысь, столько воды утекло с тех пор, война за плечами, а небо всё равно к себе зовёт и манит. Наверное, это судьба, главное в которой — жить достойно.
У него есть страничка в «Одноклассниках», где он переписывается с друзьями, а их уже 227: и однополчане, и такие же «афганцы», служившие в разных частях, родные и знакомые. Знают семью Табаровых соседи из многоэтажки в первом микрорайоне – их общительность помогает налаживать добрые отношения. Поэтому и с Днём ВДВ не забывают поздравить, увидев Тожидина в голубом берете: бывших десантников не бывает!

Игорь ВЕТРОВ.

 

В рубрике: Армия, Дата, Люди, Новости

Другие новости:

Стоп. Проезда нет Стоп. Проезда нет
«Пусть и правнук продолжит династию!» «Пусть и правнук продолжит династию!»
«Для тренировок время есть всегда» «Для тренировок время есть всегда»
Котлеты из чечевицы Котлеты из чечевицы
При использовании материалов ссылка на сайт Городская газета обязательна.
© Городская газета. Все права защищены.