Украденное солнце, или Юность за Полярным кругом

Недавно мне довелось пообщаться с группой ленинск-кузнецких студентов, у которых я поинтересовалась тем, знают ли они значение слова «репрессия» и кого называют репрессированными. Ребята – все до одного – недоуменно пожали плечами и отрицательно покачали головами. Я оставлю комментарии по поводу этого факта при себе, но расскажу сегодня о судьбе ленинск-кузнечанки Ирины Фоминичны Загайновой, ветерана труда и труженика тыла.

Родилась Ира на одном из украинских хуторов, затерянных в лесах Волынщины, в семье с польскими корнями и фамилией Скуповска. Однако в какой-то момент к фамилии приставили букву «я», и она приросла к ней навсегда. Иринка была старшей в семье Юхемки и Фомы, которые вели натуральное хозяйство: пахали и сеяли пшеницу, ячмень и лен, держали домашнюю скотину, ткали холсты. У девочки были сестра Тоня и брат Саша, и все ребятишки помогали родителям в поле и на скотном дворе. Но эта мирная идиллия полностью разрушилась вместе с приходом немецких оккупантов в 1941 году. Они же расстреляли Сашу вместе с другими подростками, а Иру и Тоню хотели утопить в колодце только лишь за то, что те были одеты в платья красного цвета. Спасла девочек плачущая и взмолившаяся о пощаде мать, которая принесла фашистам сало, масло, хлеб, и, истово накладывая на себя крест, повела в хату, чтобы показать висящие в ней иконы…

В тот момент вера в бога помогла семье Скуповских, но пришло время, когда она не смогла их защитить. Несмотря на то что во время оккупации они помогали продуктами партизанам, а Юхемка пекла пирожки и увозила их в город Ковель, где вместе с другими женщинами перекидывала через колючую проволоку советским военнопленным, после освобождения Ковельского района всю семью арестовали. Фому забрали прямо из церкви, где он был на службе, Иринку — из дома. Маму с Тоней, которой на тот момент еще не исполнилось 14 лет, можно сказать, пощадили – их сослали в Сибирь. Так они вдвоем оказались в поселке Солнечный Ленинск-Кузнецкого района. А Фому и Ирину отправили по разным исправительно-трудовым лагерям: по приговору суда отец должен был отбыть 10 лет наказания, а дочери, как малолетке, дали «всего лишь» восемь. За что? Ответа на этот вопрос, как показала история нашего государства, просто не существует.

…В Норильлаг конвой, в котором была совсем еще юная Ирина, прибыл поздней осенью. По пути  баржа с этапируемыми чуть не затонула на одном из порогов Енисея, где раньше уже пошли ко дну два парохода вместе с заключенными. В этот раз они спаслись благодаря помогавшим им вычерпывать воду конвоирам и подоспевшим на помощь другим судам. В Норильске политзаключенных встречали полярная ночь, сильный мороз и энкавэдешники с рвущимися с цепей собаками. «А собаки-то зачем, подумала тогда я, — вспоминает Ирина Фоминична. – Куда мы отсюда денемся?..»

Как она тогда выжила, женщина не понимает и сейчас, спустя столько лет после каторжного труда в условиях заполярного круга. «Жили в бараках, после возвращения дежурная первым делом собирала у всех валенки и несла их в сушилку,  — рассказывает она. – Работали с утра до вечера. Сначала я с молотоотбойником в руках долбила вечную мерзлоту под сваи для домов, потом меня вместе с другими женщинами перевели на штукатурку внутренних помещений. Там стало уже намного легче…»

Тому, кто ни разу не был на Крайнем Севере, быть может, не понять, каких героических усилий стоит то, чтобы, будучи заключенным, не просто выжить там, а оставаться в рабочем строю долгие годы. Но лично мне довелось бывать в тех краях, и я просто преклоняюсь перед мужеством, неиссякаемым жизнелюбием и мудростью этой женщины. Отбыв в Норильлаге весь свой срок, она приехала к маме и сестре в Солнечный. Не затаив никакой злобы и обиды на сломавшую ее молодую жизнь «систему», Ирина Фоминична до самой пенсии добросовестно трудилась дояркой, неоднократно завоевывая звание ударника коммунистического труда и становясь победителем социалистического соревнования. Рука об руку со своим мужем Иваном Загайновым она прожила 61 год, они вырастили трех дочерей и сына. Сегодня у Ирины Фоминичны 8 внуков и 12 правнуков, успехами которых она по праву гордится. А они тоже не обходят ее своим вниманием, любовью и заботой.

Полтора года назад Ирину Фоминичну забрала к себе младшая дочь Валентина. Теперь она живет в доме, напротив которого недавно построили храм. Я не знаю, сохранилась ли после всего пережитого ее истинная вера  во Всевышнего, но уверена в том, что от ожесточения на весь мир все эти годы ее спасала вера в самых родных и любимых людей. Она и сегодня черпает в ней силы…

Наталья АРТЁМКИНА. Фото автора.

Справка: Норильский исправительно-трудовой лагерь (Норильлаг) – исправительно-трудовой лагерь ГУЛАГа, находился в Норильске Красноярского края. Труд заключенных лагеря использовался в «Норильскстрое»: на строительстве никелевого комбината и освоении района расположения предприятия. Во время Второй мировой войны в НИТЛ умерли 7 223 человека. Основной причиной смерти было то, что заключенных почти не кормили, а сама еда была без надлежащего количества витаминов. Лагерь был закрыт с 1 сентября 1956 года. 

В рубрике: Люди, Новости

Другие новости:

Награды от депутата Госдумы Награды от депутата Госдумы
На открытие сезона На открытие сезона
Смотри на всё веселей! Смотри на всё веселей!
Депутаты избрали главу Депутаты избрали главу
При использовании материалов ссылка на сайт Городская газета обязательна.
© Городская газета. Все права защищены.